Граф П.И. Шувалов

История Воткинска уходит своими корнями в ХVIII век, когда  владелец Гороблагодатских заводов граф П.И. Шувалов получил разрешение на строительство нового железоделательного завода на реке Вотке.
«…Оный Воткинский железный завод повелено его сиятельству графу Петру Ивановичу Шувалову строить по указу государственной Берг-коллегии… октября 20 дня…», - так звучит один из первых документов, связанный с историей рождения города, который ныне хранится в Центральном Государственном Архиве Древних Актов в Москве. Спустя два года с момента закладки завода,  он уже дал стране свою первую продукцию – кричное железо.

В истории нашего города, как и любого другого, тесно переплелись историческое время и историческое пространство. Город имеет свою историческую память. Овладеть ею – значит познать безмерную глубину всех процессов, всей многогранной жизни, которые происходят в нем. Но мне кажется, что очень многое в судьбе города зависит от того «пассионарного заряда», пользуясь определением историка Л.Н. Гумилева, что  имеет место на начальном этапе его истории.  А такой  «заряд» на момент рождения Воткинска был очень мощным. Источником этой позитивной созидательной энергии были две исторические личности, которые стояли у его истоков. Это граф Петр Иванович Шувалов и святитель Димитрий Ростовский, который считается небесным покровителем Воткинска, вот об этих двух личностях мне и хотелось бы рассказать.
Несколько лет назад мне довелось ознакомиться с интересными мемуарами о жизни старого Воткинска, которые были написаны, если можно так выразиться, «для внутреннего употребления», для членов своей семьи, одним из представителей коренных воткинских жителей, Аркадием Федоровичем Антоновым (1903-1992 гг.). Он долгие годы вел дневник, первые, фрагментарные, отрывочные записи в котором были сделаны еще его отцом Федором Терентьевичем Антоновым  в 1895 году. Наряду с фактами, которые касались жизни этой семьи,  дневник содержал и сведения о жизни Воткинска конца ХIХ начала ХХ века.
 
Одна деталь очень заинтересовала меня. Наряду с семейной хроникой, автор записывал в дневник «для памяти», различные любопытные факты из истории России, выдающихся исторических личностей. Так вот, в дневнике было пять упоминаний графа Петра Ивановича Шувалова, причем, везде оба автора называли Шувалова не иначе, как «наш граф». В данном контексте не было и тени панибратства, но только уважение к этой личности, причем, его имя не было вымарано,  даже если записи были датированы 30-40-ми годами ХХ века, когда графский титул Шувалова мог оказать дурную услугу авторам дневника. Шувалов для представителей этой воткинской рабочей династии оставался «своим». Хотя, если обратиться к историческим  датам, граф владел заводом очень недолгое время – с 1757 (начало строительства завода) – до  1762 год, когда Петр Иванович скончался.

15 ноября 1763 года Екатерина II подписала указ о передаче Воткинского завода в казну, т.е. фактически «шуваловскими» мы были 6 лет. Но в памяти народа этот факт остался как весьма значительный. И, может быть, также очень символично, что в свое время Петр Иванович, будучи начальником Оружейной палаты, в 1757 году стал работать над модернизацией российской артиллерии и создал секретную гаубицу, которая носила название «Шуваловской». Благодаря его неуемной энергии русская артиллерия  в середине ХVIII века стала самым прогрессивным и быстро развивающимся видом войск в русской армии. Созданные под его руководством гаубицы и единороги были лучше прусских пушек, а выученная по специальной программе Шувалова артиллерийская прислуга отличалась замечательным проворством и мастерством.
Недаром русский  историк ХVIII века  князь  М.М. Щербатов однажды отметил: «Шувалов был человек умный, быстрый, честолюбивый».

Спустя  почти два века, в годы Великой Отечественной войны,  на Воткинском машиностроительном заводе также будут изготавливать пушки различной  модификации, а 76-миллиметровая дивизионная пушка ЗИС-3, будет характеризоваться специалистами, как самое гениальное оружие в истории ствольной артиллерии - этот отзыв дал о ней немецкий профессор Вольф, личный консультант Гитлера по артиллерии (цит. по кн.: Воткинский завод. «Вчера, сегодня, всегда»).
Вместе с тем граф П.И. Шувалов  вошел в историю Воткинска и как его первый благотворитель. Эта сторона его деятельности известна гораздо меньше, и до недавнего времени в силу известных политических и исторических обстоятельств, практически не изучалась.

Небесный покровитель Димитрий Ростовский

Вскоре после пуска Воткинского завода, состоявшегося 21 сентября (ст. ст.), 4 октября (н. ст.), управитель завода Алексей Степанович Москвин прошением от 16 декабря 1759 г. просил Преосвященнейшего епископа Казанского Гавриила благословить сооружение в Воткинском заводе деревянной церкви во имя вновь прославленного чудотворца святителя Димитрия Ростовского. Разрешение и благословление не замедлило последовать, по храмозданной грамоте от 19 декабря 1759 года в заводе начали строить свою первую деревянную церковь. Тогда же был определен и первый воткинский священник, которым стал иерей Василий Содальский. (В.Ф. Бердников. «Воткинский завод в первые десятилетия (1759-1800) своего существования». Исторический очерк).

Вновь построенная церковь была освящена по указу Казанской духовной консистории и благословению его Преосвященства 5 октября 1760 года во имя св. Димитрия Ростовского, в день обретения его мощей в 1752 году.
Храм имел все необходимое для богослужения. П.И. Шувалов не поскупился на его украшения. Уже в 1760 году здесь был построен иконостас, написаны иконы, насколько тогда было возможно, церковь украсили «благолепно». (В.Ф. Бердников. Воткинский завод…)

Воткинский священник А.Чернышев спустя столетие перечислял дары графа: «Святое Евангелие, обложенное зеленым бархатом, с серебропозлащенными клеймами, животворящий серебряный крест с изваянием распятого Спасителя и серебряный, внутри позлащенный потир с дискосом, звездицею, лжицею и двумя тарелочками, все с клеймами 1760 года», образ Вседержителя и икона Владимирской Божьей Матери.
По всей вероятности, тогда же в храм прибыла и икона святителя Димитрия Ростовского, которая сейчас находится в Благовещенском соборе города.  Как считают эксперты – искусствоведы, изучавшие древний образ, дата его написания – II половина, конец ХVIII века, т.е. по времени, это один из наиболее ранних образов святого, как считают специалисты, во многом это изображение носит черты, характерные для Димитрия Ростовского при жизни.

Интересен и другой факт, что деревянная Димитровская церковь, поставленная на заводской площади, на холме, в ХVIII веке стала той градостроительной доминантой, которая собирала воедино весь складывающийся ансамбль заводских строений. Смотрясь в зеркало заводского пруда, она хорошо гармонировала с лесистыми холмами, окружающими Воткинск, т.е. была ориентиром не только духовной жизни воткинцев, но и способствовала воспитанию чувства гармонии в обыденной жизни.
В 1764 году было разрешено построить придельную теплую церковь во имя Благовещения Пресвятой Богородицы. Дмитровская церковь с Благовещенским приделом, судя по немногим и схематичным изображениям на планах Воткинска, состояла из трех срубов по главному западному фасаду, а венчалась шатровой трехъярусной колокольней типа два восьмерика на четверике. Это был достаточно скромный, даже аскетичный храм, но он царил в панораме Воткинска.

Это была одна из первых Димитровских церквей в России, вероятно, это тоже очень символично: граф П.И. Шувалов, финансировавший ее строительство, не случайно «отдал предпочтение» именно этому святому, личность которого столь многогранна, что в свое время современники называли его «Златоустом Российской словесности».
Хотелось бы немного рассказать о земной  биографии этого выдающегося церковного деятеля. «Словарь исторический о  русских святых», изданный в 1862 году приводит его краткую биографию.

Он родился близ Киева в декабре 1651 года в семье полкового сотника. Его «мирское имя » Даниил Савич Туптало, в возрасте 11 лет родители отправили его  для обучения в Киевское братское училище (ныне Киевская духовная академия). Благодаря усердию, природным способностям, ученик с успехом постигал науки, в совершенстве изучив те приемы и обороты речи, которые невольно поражали потом слушателей.  На восемнадцатом году жизни Даниил был пострижен в монашество в Киевской Кирилловской обители и наречен Димитрием. Впоследствии был игуменом в нескольких монастырях на Украине. В 1701 году был призван в Москву Петром I, ему был пожалован сан митрополита Тобольского и Сибирского. Но из-за слабого здоровья он не смог выполнить возложенную на него миссию, и с 1702 года возглавил Ростовскую и Ярославскую митрополию, во главе которой и состоял вплоть до своей смерти, которая последовала 28 октября  (ст. ст.) 1709 года.

Для надгробия знаменитого писателя и деятеля русской православной церкви, митрополита Ростовского, М.В. Ломоносов составляет надпись:
«Всемогущий и непостижимый Бог чудными искони делами явил святую Свою великую славу в дни наши, Новыми чудотворениями в России просиявшего, здесь почивающего святого мужа, преосвященного митрополита Димитрия Ростовского и Ярославского, отдавшего Божие Богу: верою, кротостью, воздержанием, учением, трудолюбием…»
Почитание святителя началось сразу же после его кончины. 

21 сентября 1752 года были обнаружены его нетленные мощи,  спустя пять лет, 22 апреля 1757 года, после всестороннего изучения всех обстоятельств, Синод русской православной церкви издал указ, по которому мощи Димитрия Ростовского были признаны нетленными. Тогда же были установлены дни празднования святителю: 21 сентября (4 октября) – день обретения мощей, 28 октября (10 ноября) – день преставления. Таким образом Димитрий Ростовский стал первым святым, канонизированным в синодальный период истории русской церкви, и единственным подвижником, прославленным к общерусскому почитанию в ХVIII веке.

Но это так сказать, внешняя сторона его жизни, его «трудовая биография», но  духовная жизнь Димитрия Ростовского  просто не может уложиться в скупые строчки биографии.

Это был просветитель, писатель, автор драматических мистерий, самая известная из которых «Рождественская», в 1980-е годы вошла в репертуар российского театра как «Ростовское действо».

Не менее интересны его «Поучительные слова», где он простым, но в тоже время необычайно образным языком рассказывает о человеческих пороках. Отрывок из одного произведения, весьма актуального и в наше время, я позволю себе привести, называется оно «Слово о пьянстве»:

«…Поистине, пьянство есть  содомогоморрский  виноград и  не иные гроздья, как только гроздья желчи, горести, исполненные змеиного и аспидного яда и рождающие ярость, ибо каков сад, таковы и плоды бывают…
Первая гроздь… заключается в повреждении ума, изменении разума и погубления памяти…
Другая гроздь есть бесстыдство, ибо пьяный никого не стыдится, но, погубив стыд, произносит слова скверные… бесстыдные, нелепые...
Третья гроздь  пьянственного  винограда есть несоблюдение тайны…» и т.д. Мне кажется, это произведение вполне можно было бы выпустить большим тиражом и в наше время, и оно бы своего читателя.

Отдельно хотелось бы сказать о его произведениях, которые востребованы и в наше время – это  «Четьи Минеи, или Жития святых»  в 12 томах. Собирать, критически править и издавать их он начал в 1684 году в Киево-Печерской лавре. За их основу были взяты «Четьи Минеи» митрополита Макария, написанные еще в ХVI веке. Завершен этот титанический труд был в 1705 году. Практически сразу эта книга стала настольной у всей читающей России, ее можно было встретить  в доме крестьянина, купца, дворянина.

Произведения Дмитрия Ростовского высоко ценили А.С. Пушкин, Л.Н. Толстой, Ф.М. Достоевский, указывая на несомненные достоинства авторского стиля.  И.С. Тургенев сказал однажды о произведениях святителя: «Кто из нас не читал его творений и не умилялся теплым чувством, с которым они написаны?»
Интересен и такой факт, что «Четьи Минеи» были признаны и старообрядцами России, их можно было впоследствии, с незначительными изменениями, встретить во многих старообрядческих семьях Вятской губернии, к которой относился с 1780 года Воткинский завод.

Если говорить о его пастырских заслугах Димитрия Ростовского, то следует упомянуть неустанное попечение о нищих и убогих, которым он постоянно помогал из собственных средств, он заботился и о просвещении юношества, благодаря его трудам, в Ростове, была учреждена семинария, где уровень преподавания был одним из самых высоких в России.

А в Воткинске, где стояла церковь его имени, в обязанности священников входили, кроме богослужений и треб, «над богадельней надзирать…в седмице раза по два, смотря: не имеют ли в чем нужды, все ли у них порядочно, увещевать немирных и неспокойных, понужая могущих ходить к пению церковному, сказывать им слово Божие и толковать о вечном, что будет за добродетели и грехи – каждому по достоинству воздаяние; болезнующих исповедать и причащать святых таинств колико потребно, не требуя от оных никакого воздаяния».

Краевед Э.И. Гаевский, работая в архивах, сумел разыскать имена первых священников Димитровской  церкви в Воткинске, которые были, по выражению священника А.Чернышева « теми «светочами православия» на долю которых выпадал и голод, и холод, и даже смерть во времена пугачевского нашествия»: Василий Петрович Миславский, Симеон Курбатов Михаил Содальский. диаконы Петр Иванов и Иоанн Васнев, пономарь Иван Иванов.

Интересен и другой факт, что на карте Вятского наместничества (к которой принадлежал Воткинский завод, с 12 декабря 1796 года – Вятская губерния), 1780 года Воткинск называется «Дмитровское».
Чуть ранее, 6 апреля 1761 года, Указом императрицы Екатерины II, в честь митрополита Ростовского была названа крепость, которая поначалу называлась «крепость Димитрия Ростовского», затем «Ростовская крепость», «Ростов», а затем, после получения статуса города – Ростов-на-Дону. (указ Александра I от 17 августа 1807 года).

Отмечая оба факта, связанные с увековечиванием памяти святого, мы можем отметить важность того, что личность Димитрия Ростовского  у властей приобретает качественно иной уровень, поднимается до государственных высот.

Воткинский  краевед В.Ф. Бердников в начале ХХ века указывает, что день св. Димитрия Ростовского был для Воткинска в ХIХ веке большим праздником. Это был своего рода День города для воткинцев, которые гордились своей причастностью к такому русскому святому. «Он работник был, за людей болел,  как же его не вспомнить батюшку», - так говорила о св. Димитрии Ростовском коренная воткинская жительница Алевтина Ильинична  Гребенкина (1911-2005 гг.). Наверное, это «работник был» и было определяющим фактором в отношении к нему местных жителей.
И, наверное, опять не случайно, за всю историю Воткинска в нем всегда жили талантливые, неординарные яркие личности: если это были рабочие, мастера - виртуозы в своем деле, если художники, то тонкие лирики, если поэты, то яркие и неожиданные…

В народе говорят: «что ни город, то норов» - эта пословица вполне подходит и к Воткинску с его своеобразной культурой, гордостью, особенным укладом жизни, здесь не просто стать «своим», нужно показать что ты, кто ты… Нужно быть достойным тех ярких личностей, которые стояли у его истоков – П.И. Шувалова и нашего небесного покровителя Димитрия Ростовского.

ОТКРЫВАТЕЛЬ  ОТЕЧЕСТВА. Валериан Ступишин

«На Урале в глухих уголках есть любопытные памятники старины. Поинтересуйся этим вопросом всесторонне развитый человек, может быть, была бы польза для науки», - писали в начале ХХ века «Известия Императорской архивной комиссии». Воткинску очень повезло в этом плане, у нас всегда находились всесторонне развитые люди, которые открывали для земляков историю их малой Родины.  

В ХIХ веке  это были  Михаил Васильевич Блинов – историк, этнограф, бытописатель; Василий Федорович Бердников – один из первых «профессиональных краеведов», кто собрал и опубликовал материалы о деятельности Воткинского завода, истории его производства, используя уникальные архивные материалы, которые хранились в архиве завода.  Кроме того, его можно назвать и первым специалистом – экспозиционером заводского музея, в котором он работал совершенно бесплатно, благодаря ему, выставки, где была представлена продукция предприятия, были оформлены блестяще.

Продолжил дело Василия Фёдоровича Бердникова Федор Васильевич Стрельцов – врач, краевед, которому суждено было жить на переломе эпох, и на свой судьбе испытать все трудности этого времени. Но невзирая ни на что, даже арест в 30-е годы ХХ века и совершенно абсурдное обвинение в удмуртском национализме, он продолжал работу по «открыванию истории своего Отечества» (так он однажды выразился в частной беседе с другим краеведом Анатолием Захаровичем Воротовым). И каждый из перечисленных подвижников мечтали о создании в Воткинске большого полноценного музея, с достойной экспозицией, потому что история, люди, традиции этого уголка России достойны того, чтобы о них знали, помнили, развивали и гордились.

Сделать это удалось Валериану Николаевичу Ступишину, чей юбилей - 110-летие со дня рождения - мы отметили в 2011 году. Вообще, говорить о человеке, который сделал так много для Воткинска, изучения его истории очень не просто, потому что люди такого масштаба встречаются очень не часто, достаточно вспомнить, в какое время ему довелось жить.

Он родился 15/28 января в заводе Бикбардинском бывшего Осинского уезда Пермской губернии. Наверное, это тоже очень символично, что человек, для которого краеведение, создание музея стало делом жизни родился на границе не только веков – ХIХ и ХХ, но и во время преддверия тех политических катаклизмов, которые принес нам бурный ХХ век.

Он и сам в полной мере испытал их все, достаточно привести только короткие строки из его биографии, опубликованной в краеведческом альманахе «Витиль» № 1:

- 1908 год, сентябрь – начал учиться в Федоровской земской школе (была расположена в заводе Федоровском, куда семья переехала в 1904 году).

- 1912 год, май - окончил 4-й класс земской школы.
- Сентябрь - поступил в Аряжское городское училище.

- 1916 год, апрель - получил аттестат об окончании училища;
  май – поступил работать в контору имения Чердынцевых.

- 1918 год, январь - перешел из конторы имения в трудовую артель «Помощь» помощником бухгалтера.
Сентябрь – с отрядом красногвардейцев выехал на фронт в Еловский район.

На этом «спокойная» часть биографии заканчивается, и события следуют одно за другим – Красноярск, где он переболел тифом, 3-я саперная рота Запасного инженерного батальона 5-й армии, учитель рисования в федоровской школе-коммуне, заведующий начальной школой В. Буевской волости (1923 г.); 1930 год – назначен заведующим Ножовской шеолы рабочей молодежи, а еще увлечение фото- и радиоделом, создание семьи, рождение детей.
 
В 1938 году он был принят на заочное отделение истфака Пермского пединститута, а августе этого же года – переезд в Воткинск, с которым отныне оказывается, связана жизнь и судьба Валериана Николаевича.

Еще один удивительный штрих из личной жизни Ступишина заключается в том, что  в 1940 году его семья получила квартиру на улице Кирова, в доме № 7, где прожила 24 года, а через 28 лет в соседнем здании, на улице Кирова, 5,  благодаря неутомимой энергии Валериана Николаевича, будет открыт народный краеведческий музей.

Как вспоминают люди, знавшие Ступишина, это был деликатный интеллигентный человек, очень пунктуальный, требовательный и порядочный, совершенно не военный по внешнему виду и складу характера. А между тем, в военные годы, он был преподавателем в 3-м Ленинградском пехотном училище, которое размещалось в городе, был направлен на Прибалтийский фронт в 87 дивизию 31 Армии.

После войны был избран заместителем секретаря парткома Воткинского машзавода, что тоже предполагает и строгость, и жесткость характера. В 1950 году, 60 лет назад (тоже юбилейная дата), он начал заниматься сбором материалов к истории города и завода. В 1952 году ездил в Москву в ЦГИАМ по сбору материалов к истории забастовки воткинских рабочих 1902 года.
У краеведа нашлось много единомышленников, помощников, благодаря которым идея создания народного краеведческого музея обрела вполне реальное воплощение, и 21 февраля 1968 года музей был открыт. Удивительно, но только за один год в музее побывало 28546 человек!  Значит, так велика была потребность в нем!

В.Н. Ступишин вел огромную переписку с учеными, историками, краеведами, воткинцами, которые покинули свою родину, но хранили память  о ней и могли бы многое рассказать, чтобы дополнить историческую картину прошлого.

Материалы, которые были собраны краеведом в то время, составили огромный архив, большая часть которого хранится в Музее истории и культуры г. Воткинска. Они были опубликованы в различных газетах, звучали на городском и республиканском радио. В.Н. Ступишин является автором целой серии книг про Воткинск, одна из которых «Воткинские были», изданная в 1959 году, явилась «первой ласточкой», предвестницей настоящего краеведческого бума, который начался в Воткинске позднее, но именно в ней было рассказано об истории Воткинска не только «научно», но живо и интересно. И эта книга,  невзирая на то, что с момента ее выхода в свет прошло уже полвека, является настоящей энциклопедией краеведа любого возраста.
 
К сожалению, в силу объективных причин, многие материалы, собранные В.Н. Ступишиным, до сего времени не были опубликованы, либо опубликованы лишь частично.
Необходимо также отметить необыкновенный лиризм Валериана Николаевича, его удивительную тонкость, ранимость и любовь к городу, к тем краям, где ему довелось жить и к людям, которые его окружали.  Все это выливалось у Валериана Николаевича в искрение поэтические строки, проникнутые  необыкновенной теплотой:

ВОТКИНСК

Где видал ты такие закаты,
Где видал ты такие леса,
С гор окрестных пологие скаты,
В облаках кучевых небеса.
Реки тихие, ясные дали,
И луга под цветочным ковром.
Как на Вотке и Сиве, едва ли
Мы с тобой в другом месте найдем…

1965 год (опубликовано «Витиль» №1).

Подготовила научный сотрудник Музея истории и культуры Воткинска Алла Карпеева


Новости Ижевска
Новости Можги
Новости Сарапула
Новости Глазова
Новости поселка Ува
Новости поселка Малая Пурга
Новости поселка Ува
Новости поселка Игра
Новости города Чайковский