И еще немного о Старом, но все равно новом годе...

Официальным праздником Новый год стал в XVIII веке. Императором Петром I был издан указ, призывавший отмечать 1 января торжественным молебном, колокольным звоном, грохотом выстрелов и фейерверками. В общем, как говорилось в документе: «…детей забавлять, на санках катать с гор, а взрослым людям пьянства и мордобоя не учинять — на то других дней хватает».

Именно благодаря Петру I обычай дарить друг другу подарки стал обязательной частью торжества. Из Европы к нам также пришел обычай прятать подарки в носочки и сапожки рядом с печкой. Лучшим новогодним подарком считались сладости, которые дарили в украшенных жестяных коробочках. Многие дети также получали игрушки и сладости специально, чтобы повесить на елку в качестве украшений. Впоследствии к ним прибавили сахарные цветы и яблоки, ставшие прообразом елочных шаров.

Поначалу торжественная встреча Нового года была распространена лишь среди привилегированных слоев общества. Крестьяне, например, долгое время считали подобные увеселения барской забавой и иноземным новшеством, а 1 января отмечали Васильев день, дававший старт «страшным вечерам», когда нечистая сила могла проникнуть в наш мир. Подарки если и были, то связанные с обрядами: например, дети ходили по домам и «сеяли» зерна злаковых, а хозяйки старались поймать зерно фартуком и добавить потом при реальном посеве — для богатого урожая.

Также у многих крестьян в этот день на столе стоял зажаренный поросенок или свиная голова, и соседи могли прийти на угощение, заплатив немного денег, которые потом передавались в приходскую церковь.

Впрочем, массовые елки у дворян вошли в моду тоже не сразу. Положение изменилось, когда в русском переводе вышла сказка Гофмана «Щелкунчик», получившая у нас название «Щелкун орехов». Книга стала настолько популярна, что в 1852 году была организована первая публичная елка. в здании петербургского Екатерингофского вокзала. Установленная в зале вокзала огромная ель «одной стороной… прилегала к стене, а другая была разукрашена лоскутами разноцветной бумаги».

Вскоре публичные ёлки начали устраивать в зданиях дворянских собраний, офицерских и купеческих собраний, клубах, театрах и других местах. Несмотря на столь, казалось бы, великолепное событие, особой радости детям это не принесло.

Так, писатель Иван Иванович Панаев (1812-1862) был разочарован равнодушным отношением детей: «Малыши обступают елку без шума, без крика, поскольку восторгаются только дети дурного тона». Кроме того, игрушки с елки были разыграны в лотерее, и самые дорогие подарки «удивительным образом» выиграли барские дети. Как писал Панаев, далее «свечи потушили, и ребята разошлись, завидуя друг другу».

Дети из самых бедных семей на Новый год поначалу не получали практически ничего: благотворительные елки появились лишь в конце XIX века. Так, по воспоминаниям Маргариты Васильевны Сабашниковой (1882-1973), дочери крупного чаеторговца, ее мать превращала Новый год в настоящий праздник для московских ребятишек из бедных семей. Рядом с Сухаревской площадью специально на время торжеств нанимали дом: «Там собирались дети бедняков. После популярной в народе игры с Петрушкой зажигали свечи на большой елке. В соседней комнате раздавали подарки. Каждый ребенок получал ситец на платье или косоворотку, игрушку и большой пакет с пряниками».

Новогодние торжества праздновали и в царской семье. Как пишет дочь Николая I, великая княжна Ольга в своих воспоминаниях «Сон юности», во время праздников все дети отправлялись кататься на коньках и санках, строили ледовые городки, участвовали в маскарадах. Самым важным событием, конечно, было получение подарков. У каждого члена императорской семьи имелась собственная елка, рядом с которой и лежали долгожданные новогодние гостинцы.

Рассказывают, что Николай I лично выезжал в город и ходил по магазинам в поисках подходящих подарков для своих близких. Среди презентов было множество игрушек, книг, нарядов и различных украшений.

Однажды княжна даже получила в дар рояль. Мальчикам же больше нравились игрушки, связанные с военным делом: солдатики, сабли и ружья, а также специальные мундирчики для игрушечных армий. Впрочем, встречались и более оригинальные подарки. Например, один из сыновей императора обнаружил под елкой бюст Петра I, считавшегося в семье образцом для подражания.

Несмотря на, как бы сказали в XXI веке, загруженный график, императорская семья старалась провести новогодний вечер друг с другом. Княжна Ольга Николаевна вспоминала: «Накануне нового года Папá появлялся у постели каждого из нас, семи детей, чтобы благословить нас. Прижавшись головкой к его плечу, я сказала, как я ему благодарна».

Сам император тоже любил получать подарки. Как правило, дети дарили ему собственноручно сделанные открытки и сувениры.

Даже в богатых семьях было принято обмениваться достаточно скромными презентами. «Мамá любила и умела делать подарки. Вот и эту зиму я нашла под елкой свой подарок — свиток писчей бумаги (без линеек), цветные карандаши и толстую клеенчатую тетрадь тоже без линеек. Кроме того, я получила семью крошечных белых фарфоровых кроликов, не говоря о хлопушках, стеклянных шарах и других елочных радостях, которые мы могли брать с елки сами», — писала княжна Мария Николаевна Мансурова (1833-1914) в своих мемуарах.

 

Комментарии

Комментариев пока нет...

Отправить комментарий


Новости Ижевска
Новости Можги
Новости Сарапула
Новости Глазова
Новости поселка Ува
Новости поселка Малая Пурга
Новости поселка Ува
Новости поселка Игра
Новости города Чайковский